Каких только обращений (самых разнообразных как по форме, так и по содержанию) не видели в аппарате петербургского уполномоченного по правам человека. Помимо стандартных заявлений в официально-деловом стиле со ссылками на нормативные правовые акты (так сказать, сухо и по существу), Светлана Агапитова и ее сотрудники получали письма граждан с элементами абсурдизма, юмора и гротеска. Ну и, конечно же, гневные жалобы, некоторые из которых больше походили на злободневные памфлеты, обличающие тех, кто нарушил права их авторов.
А вот обращение в жанре школьного сочинения на тему «Моя семья» поступило к Уполномоченному впервые. Написанное от руки каллиграфическим почерком, оно было пронизано любовью, нежностью и благодарностью к родителям заявительницы. При том, что это сентиментальное письмо по сути было жалобой на отказ регионального отделения Социального фонда в назначении пенсии. Однако никаких претензий в нем не было – только светлая грусть и надежда на помощь правозащитников. Как говорится, парадоксально, но факт…
Вспомнить о драматических для Елены К. событиях почти 20-тилетней давности – потере матери и борьбе за жизнь отчима – заставило обращение в прошлом году в Отделение Социального фонда РФ по Санкт-Петербургу и Ленинградской области для оформления страховой пенсии по старости.
В соответствии с действующим федеральным законодательством страховую пенсию по старости назначают при одновременном соблюдении трех условий. Первое – это достижение определенного возраста. С 2019 года в России возраст выхода на пенсию стал постепенно расти и в 2024 году составил 58 лет для женщин и 63 года для мужчин (максимальная планка – 60 лет для женщин и 65 лет для мужчин – наступит в 2028 году).
Второе условие – наличие определенного страхового стажа (в настоящее время – от 15 лет). Третье условие – наличие определенного количества пенсионных баллов, в которых оценивается каждый год трудовой деятельности (индивидуального пенсионного коэффициента). ИПК зависит от суммы страховых взносов, уплачиваемых работодателем за период трудовой деятельности работника, порядок его расчета закреплен в Федеральном законе «О страховой пенсии». В 2024 году требовалось, чтобы ИПК был не ниже 28, 2 баллов (с 2025 года - 30).
С возрастом у Елены Александровны проблем, разумеется, не возникло, а страхового стажа и пенсионных баллов для назначения пенсии не хватало.
Кто-то из знакомых подсказал ей, что в стаж наравне с работой засчитывается период ухода, осуществляемого трудоспособным лицом за инвалидом I группы (в соответствии с пунктом 6 части 1 статьи 12 Федерального закона «О страховых пенсиях»). Потому что Елена Александровна с апреля 2007-го по ноябрь 2009-го года ухаживала за своим отчимом Анатолием Николаевичем, получившим инвалидность I группы после инсульта. Этого периода должно было хватить для назначения пенсии. И Елена Александровна вновь обратилась в региональное отделение Соцфонда.
Сложность заключалась в том, что период ухода за Анатолием Николаевичем она тогда не оформила и компенсационных выплат, соответственно, никаких не получала. Как Елена Александровна позднее написала в своем «сочинении» Уполномоченному по правам человека, «не до того было, пыталась спасти обоих родителей, а они ушли друг за другом»:
«Инсульт, приведший к тяжелой инвалидности отца, случился в поезде, у мамы на руках… Она ухаживала за ним в белорусской больнице, куда их привезли с вокзала, потом в стационаре по месту жительства, в Псковской области. Но сердце мамы не выдержало, и она слегла сама. Когда я приехала, чтобы забрать родителей к себе, они оба уже были в памперсах. Вскоре мамы не стало. В Петербург я увезла одного отца».
Отца... Елена Александровна призналась, что до получения паспорта вообще не знала, что Анатолий Николаевич ее отчим. Мама прятала от дочери свидетельство о рождении, где в графе отец были вписаны фамилия, имя и отчество другого человека.
Когда Елене это стало известно, ее отношение к Анатолию Николаевичу не изменилось. Потому что он был для нее настоящим отцом: «Вежливый, образованный и тактичный человек, который очень нас с мамой любил… Сам пришивал мне на платье снежинки для новогоднего утренника в первом классе, когда мама болела и лежала в больнице... Я даже мысли не допускала, что это не кровное родство».
В «сочинении» описывалось беззаботное время детства и юности Елены в любящей семье, совместное чтение вслух, прогулки, поездки… Работа родителей на Украине, переезд в Псковскую область. А потом несчастный случай в поезде, смерть мамы и два года борьбы за жизнь Анатолия Николаевича в Петербурге. В мельчайших подробностях. С именами врачей, номерами больниц и поликлиник, трудностями и победами, с очередным инсультом и… тяжелой потерей.
Но, как говорится, эмоции - эмоциями, их «к делу не пришьешь», специалистам Соцфонда нужно было подтверждение факта и периода ухода Елены Александровны за Анатолием Николаевичем. Ее попросили предоставить документы, подтверждающие их родство либо свидетельские показания его родственников, что Елена Александровна осуществляла за ним уход. Ни того, ни другого сделать она не могла. Кроме падчерицы и ее сына у Анатолия Николаевича никого не было. И хоть они были его самыми близкими людьми, но членами семьи не являлись. Поэтому в перерасчете страхового стажа для назначения пенсии Елене Александровне опять отказали.
Дальше вы знаете. Она попросила о содействии Светлану Агапитову, написав письмо-«сочинение» про свое счастливое детство с прекрасными родителями, трудившимися инженерами на одном оборонном предприятии и никогда не расстававшимися. Как в сказке: жили долго и счастливо. А дальше вы тоже знаете.
Письмо Елены Александровны тронуло правозащитницу и ее сотрудников. Они начали думать, чем можно помочь в такой непростой ситуации. Рассматривали уже даже перспективы судебного разбирательства, но юрист отдела защиты прав в социальной сфере Светлана Широнина предложила попробовать переубедить руководство регионального отделения Соцфонда. Ее аргументация была такова:
Предоставление членами семьи гражданина, за которым осуществлялся уход, письменного подтверждения о его осуществлении и периоде предусмотрено только в случае раздельного проживания с тем, кто осуществлял уход ( абзац 2 пункта 34 Правил подсчета и подтверждения страхового стажа для установления страховых пенсий, утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от 01.10.2014 № 1015).
Да, Анатолий Николаевич был зарегистрирован по месту жительства в Псковской области, но проживал-то фактически совместно с Еленой Александровной в Петербурге (что подтверждается регистрацией по месту пребывания в ее квартире), сюда же было переведено его выплатное пенсионное дело как нетрудоспособного лица (находится оно, кстати, в Отделении Соцфонда по Санкт-Петербургу и Ленинградской области, а не Псковской области).
Светлана Агапитова поддержала позицию своей сотрудницы и обратилась в защиту права Елены Александровны на пенсионное обеспечение в управляющему региональным отделением Социального фонда Константину Островскому. Его убедили аргументы Уполномоченного со ссылками на разъяснения Верховного Суда (абзацы 30 и 31 пункта 12 Обзора судебной практики № 4, утвержденного Президиумом Верховного Суда 20.12.2016), что регистрация в том или ином регионе РФ не совпадает с понятием «место жительства» и сама по себе не может служить условием реализации прав и свобод граждан.. Вопрос о включении в страховой стаж заявительницы периода ее ухода за отчимом был решен положительно. Чего и требовалось доказать.
Комментарий Светланы Агапитовой
«Впервые в своей практике я получила жалобу, написанную как сочинение про семью, с, казалось бы, совсем не нужными для решения вопроса подробностями, эмоциями, снежинками на новогоднем платьице... Но, прочитав это трогательное письмо, я поняла, что все в нем важно.
Елена Александровна ничего не требует, а рассказывает про свою семью. И это не жалоба, а история о любви к родителям, о долге перед ними... Может быть, как раз в этом подробном сентиментальном рассказе, в его человечности и искренности, кроется самая сильная аргументация?
По крайней мере, нас с коллегами история Елены Александровны впечатлила и мотивировала искать разные способы помочь ей включить период ухода за отчимом в пенсионный стаж. И хорошо, что все получилось!»