Бездомный человек с инвалидностью пришел в государственную социальную службу за помощью. Когда он поинтересовался, где в учреждении туалет, то услышал, что туда «бомжам нельзя». После жалобы Уполномоченному по правам человека в Санкт-Петербурге провели проверку — нарушений не нашли. Сотрудникам, правда, еще раз напомнили положения Кодекса этики, а на неприметной двери появилась яркая табличка WC со шрифтом Брайля. «Наверно, это совпадение», — иронизирует главный врач «Благотворительной больницы» Сергей Иевков, который и привлек внимание Светланы Агапитовой к инциденту, больше похожему на дурной анекдот. На самом же деле, эта история совсем не про табличку и даже не про туалет. Она — про уважение к человеческому достоинству. Вернее, про неуважение…
История, которая вообще-то не про туалет
17 августа Игорь Викторович пришел в районное подразделение Санкт-Петербургского центра организации социального обслуживания. Он подал заявления на разработку индивидуальных программ — для стационарной и полустационарной форм. Документы приняли и зарегистрировали.
Игорю Викторовичу 63 года, он бездомный с бессрочной инвалидностью II группы. Получил он ее при содействии некоммерческой организации медико-социальной помощи «Благотворительная больница». Как рассказал Уполномоченного главный врач «Благотворительной больницы» Сергей Иевков, мужчина ночует где придется — на вокзалах, лавочках, в парадных и подвалах. Зарабатывает тем, что приглашает туристов на прогулки по рекам и каналам. Питается на «кормежках» — так сам называет места, где благотворительные организации и волонтеры раздают горячую еду.
Постоянная регистрация у Игоря Викторовича сохранилась в другом регионе — от прежней семейной жизни. Однако обрести крышу над головой в Петербурге этот штамп в паспорте ему не помогает.
Во время визита в ЦОСО Игорю Викторовичу понадобилось в туалет. Как написал Сергей Иевков в жалобе Уполномоченному, на просьбу воспользоваться санитарной комнатой один из сотрудников ответил: «бомжам в туалет нельзя» — и посоветовал поискать на улице.
Возможно, имелись в виду «кусты герани у входа в здание», предположил автор жалобы.
Шутка получилась невеселая.
Но, как выяснилось дальше, Игорь Викторович не растерялся и предупредил, что уже не сможет дотерпеть и будет вынужден «справить нужду» прямо в помещении. После этого другая сотрудница все-таки разрешила ему воспользоваться туалетом.
«Наверное, уборщица», — предположил сотрудник пресс-службы Уполномоченного, когда коллега цитировала ему выдержки из обращения. Над этой шуткой тоже никто не смеялся.
Как в МФЦ. Только без туалета
Узнав от своего пациента об этой неприглядной «туалетной» истории, Сергей Иевков направил жалобы в несколько инстанций. Уполномоченному по правам человека в Санкт-Петербурге он пожаловался на унижение достоинства личности и дискриминацию бездомного.
Через несколько дней Сергею позвонили из того самого ЦОСО и объяснили приблизительно следующее: учреждение работает как МФЦ, предоставление услуги занимает около 15 минут, а за это время посещение туалета посетителями не предусмотрено.
Такое сравнение главного врача «Благотворительной больницы» удивило. Во-первых, пишет он, его собственные визиты в ЦОСО вместе с подопечными всегда занимали заметно больше четверти часа, учитывая ожидание и прием. Во-вторых, в петербургских МФЦ есть санитарные комнаты, в том числе приспособленные для маломобильных граждан. Во многих предусмотрены и другие бытовые удобства для родителей с детьми.
Но главный вопрос даже не в том, сколько длится прием — десять минут, пятнадцать или пятьдесят. Физиологическая потребность плохо знакома с административными нормативами времени обслуживания...
Нарушений не обнаружили, но меры приняли
Светлана Агапитова попросила руководство ЦОСО проверить изложенные обстоятельства и принять меры.
В учреждении провели внутреннюю проверку, состоялось заседание комиссии по этике. По ее итогам Уполномоченному сообщили, что факт отказа Игорю в доступе к санитарно-гигиеническому помещению не подтвердился. Не выявили и действий работников, которые ущемляли бы его права или унижали достоинство. Признаков несоблюдения профессиональных норм также не установили.
Но есть в ответе любопытное продолжение.
Несмотря на такой вывод, работникам ЦОСО «в целях недопущения нарушений этических норм и конфликтных ситуаций» повторно разъяснили положения Кодекса этики и служебного поведения.
А когда Сергей Иевков пришел туда уже вместе с Игорем Викторовичем (подавали несколько заявлений о предоставлении государственной поддержки, в том числе — места в социальном приюте, на предыдущее обращение пришел отказ), на двери туалета, которая раньше была без опознавательных знаков, красовалась ярко-желтая табличка WC — причем со шрифтом Брайля.
Неудобный посетитель достоин уважения. Потому что это человек
На этом можно было бы поставить точку. Туалет есть, табличка появилась, сотрудникам напомнили правила этики.
Но история Игоря Викторовича заслуживает разговора не об одной двери и не об одном учреждении.
В государственные службы чаще всего приходят те, у кого и без того непростой период: пожилые, одинокие, инвалиды, оставшиеся без жилья, стабильного дохода или документов. Посетитель может быть неопрятно одет, плохо пахнуть, нервничать, путаться в бумагах, несколько раз задавать один и тот же вопрос. Общаться с ним порой действительно трудно.
Именно здесь проходит довольно простая граница.
Можно быть недовольным чьим-то поведением, образом жизни, — но унижать его достоинство нельзя. Особенно там, куда люди приходят за поддержкой.
Конституция России и Федеральный закон № 442-ФЗ «Об основах социального обслуживания граждан в Российской Федерации» относит к базовым принципам соблюдение прав человека и уважение достоинства личности. Получатель услуг вправе рассчитывать на гуманное и корректное обращение.
Маленькие вещи связаны с большими
О правах обычно вспоминают, когда происходит что-то серьезное: незаконное решение, отказ в положенной помощи, дискриминация, нарушение закона. Но отношение к ним складывается гораздо раньше — из тысяч совершенно бытовых эпизодов.
Из того, каким тоном отвечают в окошке. Считают ли нужным разъяснить непонятное. Предлагают ли пожилому посетителю присесть. Не становится ли отсутствие жилья, внешний вид или запах поводом перейти на унизительное обращение.
Чем естественнее для нас уважать достоинство другого на самом простом, повседневном уровне, тем меньше будет более серьезного пренебрежения его правами.
Не потому, что каждый обязательно вызывает уважение своими поступками или поведением. А потому, что человеческое достоинство не нужно заслуживать.
Комментарий Светланы Агапитовой:
«Мне бы не хотелось, чтобы эта история свелась к спору о том, кто что сказал. Важнее другое: человек пришел в социальное учреждение за помощью и почувствовал себя униженным. Уже одно это — повод задуматься.
Надеюсь, в этом ЦОСО так и сделали, а не только отчитались нам, что провели с коллективом разъяснительную работу. Хочется верить, что подобное не повторится.
Спасибо Сергею Иевкову за то, что он, спасая жизни и здоровье самых уязвимых пациентов и отстаивая их права на медицинскую помощь и социальную поддержку, привлекает внимание государства и общества и к таким «мелочам», из которых, на самом деле, и складывается уважение к человеку».