Также в рамках обозначенных тем выступили уполномоченные: в Республике Татарстан Сария Сабурская, в Республике Мордовия Валерий Левин, в Приморском крае Юрий Мельников, в Курской области Владимир Фирсов, в Пермском крае Игорь Сапко.
Эпохальный закон
Рассказывая о трудной судьбе принятия Федерального закона «Об уполномоченных по правам человека в субъектах Российской Федерации» Татьяна Москалькова назвала его эпохальным. Она поблагодарила региональных правозащитников, принимавших активное участие в его доработках. По ее мнению, закон 48-ФЗ создал равные условия для защиты прав граждан на всей территории России и открыл новый этап в развитии института уполномоченных.Как особое достижение она выделила полномочия обращаться в суды с административными исками в защиту прав граждан. В качестве «точек роста» федеральный Уполномоченный отметила предложения в части предоставления региональным государственным правозащитникам возможность обращения в суд или прокуратуру, а также право на ходатайство о проверке вступившего в законную силу судебного решения.
Уголовное законодательство на пути гуманизации
Говоря о гуманизации уголовного законодательства за период с 2010 по 2024 год Петербургский Уполномоченный Светлана Агапитова отметила:• отбывание наказания в регионе проживания родственников, для сохранения социальных связей;
• зачет времени отбывания под стражей в срок наказания;
• право на фото и видеофиксацию членами ОНК;
• создание в исправительных учреждениях попечительских советов;
• присутствие представителей религиозных организаций в местах лишения свободы;
• увеличение размера расходуемых средств на личные нужды осужденных.
Также был принят целый ряд послаблений для беременных женщин и женщин с детьми:
• отсрочка исполнения наказания;
• дополнительные свидания с детьми;
• УДО и замена неотбытой части наказания более мягким видом после четверти срока;
• отдельное содержание женщин, имеющих детей в возрасте до 3 лет и беременных;
• запрет на применение специальных средств и огнестрельного оружия в отношении беременных.
Очень важно, что при исполнении наказаний появилось такое понятие как «социальная лестница»:
• порядок применения УДО, когда неотбытая часть наказания заменена более мягким видом;
• право осужденных за особо тяжкие преступления после 2/3 срока на замену принудительными работами;
• уточнены нормы, касающиеся поощрения и снятия взыскания, что очень важно при подаче иска на УДО;
• увеличилось минимальное количество телефонных разговоров в течение года с 6 до 12.
Из новых поправок Светлана Агапитова отметила:
• запрет на арест тяжелобольных лиц, независимо от категории преступления;
• запрет отправлять под арест за преступления небольшой и средней тяжести: беременных, женщин, имеющих малолетнего ребенка, мужчин, являющихся единственным родителем малолетнего ребенка, усыновителя или опекуна малолетнего ребенка, единственного родителя ребенка-инвалида.
Упомянула петербургский Уполномоченный инициативу Верховного Суда РФ о пересмотре подхода к наказанию за преступления, связанные с немедицинским потреблением наркотиков. Предлагается ввести для таких случаев возможность отсрочки наказания и пересмотреть правила зачета времени содержания под стражей, что позволит судам чаще применять меры медицинского характера вместо лишения свободы. «Большинство таких правонарушителей — наркозависимые лица, нуждающиеся в лечении, а не в изоляции», — подчеркивается в законопроекте.
Наказание должно приводить к осознанию, а не озлобленности
Опираясь на свою практику рассмотрения обращений, Светлана Агапитова подготовила ряд инициатив.Несколько лет в ежегодных докладах петербургский Уполномоченный говорит о проблеме получения разрешения у следователя подозреваемыми, обвиняемыми, их родственниками на свидания, которым отказывают в этом праве зачастую без всякой мотивации. Анализ сложившейся правоприменительной практики позволяет сделать вывод, что неполнота правового регулирования дает возможность следователям отказывать обвиняемым в предоставлении свиданий с родственниками, используя этот законодательный пробел для оказания давления на подозреваемого (обвиняемого). По мнению Светланы Агапитовой, назрел вопрос внесения изменений в действующее законодательство, направленных на уточнение конкретных оснований, по которым подозреваемым (обвиняемым) может быть отказано в предоставлении свидания.
Другая актуальная проблема – запрет на предоставление подозреваемому возможности выезда из следственного изолятора в связи со смертью или тяжелым заболеванием близких родственников. По сути он не оправдан интересами защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, но нарушает их конституционное право на уважение частной и семейной жизни и превращает содержание под стражей в наказание. В тоже время, осужденные к лишению свободы, содержащиеся в исправительных колониях, обладают этим правом. Очевидно, что тем самым нарушаются конституционные принципы равенства всех перед законом и судом и презумпции невиновности.
Еще одна дискриминационная норма содержится в статье 97 УИК РФ. Данным актом установлено, что осужденным к лишению свободы, содержащимся в исправительных колониях, могут быть разрешены выезды за пределы исправительных учреждений: краткосрочные продолжительностью до семи суток, в связи с исключительными личными обстоятельствами, а также для предварительного решения вопросов трудового и бытового устройства осужденного после освобождения. В исключение попадают ВИЧ-инфицированные граждане, что является дискриминацией по медицинскому признаку и создает неравные условия по сравнению с другими осужденными.
Актуальная проблема из разряда организационных – процедура оформления передач заключенным. После того, как была упразднена онлайн-система для предварительной записи в бюро исправительных учреждений «Ф-ОКНО», в СИЗО стоят огромные очереди родственников заключенных, ожидающих оформления. Светлана Агапитова предлагает создать условия для реализации права на прием передач.
«Понимаю, что люди, совершившие преступления, мало у кого вызывают сочувствие, - комментирует Светлана Агапитова. – Но суть лишения свободы – в изоляции от общества, от людей которым причинен вред. Оно не должно подменяться физическими или душевными страданиями, которые не ведут к осознанию содеянного, а лишь провоцируют озлобленность. Задачи гуманного государства – четко разделять эту грань».