Жалобы на медицинские учреждения сейчас петербургскому Уполномоченному приходят не часто. Поэтому крик души из Александровской больницы стал буквально громом среди ясного неба. Тем более, что авторами были не пациенты, а медицинские сестры, акцентировали внимание на том, что «мы надежда и сила пациентов на каждый день», завершили свое послание словами «с надеждой на Вас, онкогематология»…
Учитывая нестандартность обращения, Светлана Агапитова поехала в больницу разобраться на месте.
Основная претензия касалась заработной платы, что в нынешних условиях очень удивительно. Сейчас медиков законодательно оберегает «дорожная карта», которая гарантирует уровень ниже которого «упасть» нельзя. И все медицинские учреждения свято чтут этот кодекс.
В Александровской больнице уже были в курсе сути жалобы. Истоки ее кроются в проверке Контрольно-счетной палаты, которая проходила в конце прошлого года. Начмед больницы Людмила Рошковская рассказала, что основной претензией стала «непрозрачность системы оплаты труда». Применявшуюся ранее практику коэффициентов было рекомендовано заменить на балльную форму. Что и сделали. Но любой переход всегда болезненный, и «время настройки» сказывается болезненно. У младшего медицинского персонала сложилось ощущение, что им недоплачивают. Усугубило ситуацию и то, что в больнице происходили организационные изменения. Руководство больницы, стиснутое рамками предписаний, само не смогло вовремя разобраться и довести на всех уровнях грядущие перемены.
Зная о сути жалобы, администрация уже подобрала данные и провела анализ. Никакого падения заработной платы не наблюдается. «Дорожная карта» для младшего медперсонала ориентируется на 92 тысячи рублей. Выписки свидетельствуют о зарплатах 108 – 115 тысяч. Недоработка учреждения заключалась лишь в том, что изменение способа начисления не разъяснили персоналу. Тонкость состояла в том, что «коэффициентную систему» заменили «балльной».
Естественно, Светлана Агапитова захотела побеседовать и с инициаторами жалобы. Тут был нюанс – она не была подписана. В тексте просто перечислялись фамилии сестер отделения. Оказалось, что и согласными с сутью жалобы были не все. А большая часть писавших претензию ушли или в отпуск, или на больничный сразу после того, как ее отправили. И все же, готовые пояснить свою претензию на работе были.
Одна из медсестер рассказала, что жалоба «родилась» после тяжелой смены и сейчас все о ней жалеют. Она объяснила, что «все это написали на эмоциях». Был трудный период и в это дежурство умер пациент, что всегда переживается очень сложно. Недосказанность в системе оплаты труда наложилась на эмоциональные страдания в итоге появилась жалоба. На данный момент все инициаторы претензий понимают их несостоятельность и сожалеют о том, что сделали.
Были и те, кто попал в список «бунтарей» не по своей воле. Одна из медсестер рассказала Светлане Агапитовой, что ее фамилия оказалась в списке случайно:
«Мне кажется девчонки просто накрутили сами себя. Здесь никогда не было легкой работы. Я знала на что иду. Но мы видим благодарность от наших больных. Мы знаем, что наша работа очень нужна. В этом и смысл… Деньги – их никогда не бывает много. Но у нас хорошие зарплаты, мы не бедствуем…»
Поговорила Светлана Агапитова и с пациентами отделения. Никаких жалоб на персонал они не высказали, напротив, говорили о чуткости и душевности. Разногласия высказали только в отношении питания. Кто-то говорил, что «еда хорошая», а кто-то напротив «есть невозможно, ни соли, ни специй, мяса мало и что за еда – гречка?». Нельзя сказать, что это очень оригинальный диалог в отношении больничного меню. Очевидно, что на соленое и острое здесь рассчитывать глупо. То же касается и пищи, которая требует усилий для переваривания.
«У меня сложилось ощущение, что девушки сами пожалели о своей жалобе, - говорит Светлана Агапитова. – С одной стороны неразбериха в изменении начислений, с другой – момент душевной слабости, который бывает в каждой работе, особенно когда ты связан со спасением жизни.
Хорошо, что в данном случае сигнал был «на эмоциях» и реального ущемления прав не было. Очень важно, чтобы права тех, кто оберегает наши жизни, не нарушались».
Суворовский пр-т, д. 62, лит. А