С середины осени прошлого года Светлана Агапитова побывала во всех ИВС нашего города. Очевидно, что в результате этого близкого знакомства обозначились проблемы, требующие внимания. Для обсуждения возможных путей их решения Уполномоченый пригласила руководителей подразделений полиции, имеющих непосредственное отношение к работе изоляторов.
Поскольку самое сильное впечатление произвел ИВС в Московском районе, начали разговор именно с него. Заместитель начальника Управления организации охраны общественного порядка и взаимодействия с органами исполнительной власти ГУ МВД России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области Александр Омельченко сообщил, что проблемы с питанием там были устранены в кратчайшие сроки.
В этом изоляторе, в числе прочих претензий выяснилось, что горячее питание подстражным привозят только пять дней в неделю, на выходных используется «сухой паек».
«Очень странно, что такая ситуация вообще возникла», - заметил Сергей Семин, представляющий подразделение материально-технического и хозяйственного обеспечения. По его словам, контракты на питание финансируются в полном объеме и без задержек. А вот «творческое» исполнение на местах в документах, конечно, не увидишь…
Отдельно Светлана Агапитова отметила, что сотрудники не были в достаточной мере проинформированы о статусе Уполномоченного по правам человека в Санкт-Петербурге:
«У нас не было цели составлять протокол «о препятствовании деятельности», но представители правоохранительных органов должны знать, что это является административным нарушением».
«Бессмысленный и тусклый свет»
Недостаток света в камерах отмечается практически в половине изоляторов. Причем это зафиксировано документально в актах проверки на основании проведенных замеров. Причина – в особенностях самих светильников – они размещаются над дверью, глубоко утоплены в стену и закрыты решеткой. При такой конструкции мощность лампочки не решает вопрос с освещенностью. Согласно актам проверки, она меньше нормативной в десять, а то и более раз. Все как у Блока: «бессмысленный и тусклый свет»…Тем не менее, есть изоляторы, где это проблема решена, причем, даже в старых зданиях. К примеру, в Петроградском районе, помимо традиционных светильников «в стене», установлены потолочные плафоны антивандальной конструкции. Такое конструктивное решение доступно и не во вновь построенных зданиях.
Аналогичная проблема была выявлена при объезде петербургским Уполномоченным конвойных помещений судов. С результатами этого обследования Светлана Агапитова познакомила начальника регионального Управления Судебного департамента Алексея Сухих. Судя по информационным письмам, которые ведомство направило в конвойную службу, реконструкция светильников запланирована на ближайшее время.
Такой же реакции действием Светлана Агапитова ожидает и от полиции в отношении ИВС.
Постельное белье и полотенца: «без слез не взглянешь»
Состояние постельного белья, выдаваемого подстражным, как правило очень изношенное или частично отсутствует. И это положение вещей характерно практически для всех изоляторов. Но больше всего петербургского Уполномоченного возмущает размер полотенец. Для умывания они еще сгодятся, а вот вытираться ими после душа будет малоэффективно.Матрасы и подушки тоже в большинстве изоляторов требуют внимания. Причем старые иногда даже в более приличном состоянии, чем купленные недавно, которые Светлана Агапитова охарактеризовала, как «без слез не взглянешь».
Изучив этот вопрос, специалисты аппарата Уполномоченного пришли к выводу, что никаких общих требований к этим предметам быта в нормативных документах нет. Отсюда и все проблемы – каждый район закупает это имущество, ориентируясь на свои представления о прекрасном и руководствуясь минимальной ценой.
С другой стороны, как объяснила представитель подразделения материально-технического обеспечения Мария Ермолина, при отсутствии четких нормативов вписать в задание к закупке излишние требования тоже невозможно – для этого нет оснований.
Для исправления ситуации решили действовать в двух направлениях. Во-первых, добиваться принятия нормативов, и тут понадобится поддержка Уполномоченного. Очевидно, что это – путь не быстрый и предполагает межведомственную переписку, которая имеет обыкновение затягиваться. Второе направление более оперативное: проанализировать имеющуюся нормативную базу и имеющийся опыт, «выжать из этого максимум» в качественном смысле и сформулировать единые рекомендации к закупкам обозначенных предметов быта. Ведь кому-то удается закупать более-менее приличные принадлежности.
Медкабинеты в «шкафчике на стеночке»
А вот лицензии у медицинских кабинетов отсутствуют у всех изоляторов без исключения. Причем, для большинства ИВС ее не получить даже в перспективе, прежде всего из-за требований к площади. Дефицит места таков, что в некоторых вариантах медкабинет состоит из самого медика и «шкафчика на стеночке» . Но даже там, где все в порядке с площадью и оборудованием – лицензии нет.Самое простое решение «лежащее на поверхности» – переезд в такие здания, где требования к медкабинету возможно соблюсти хотя бы конструктивно. Однако, все понимают, что это больше имеет отношение к фантазиям, а не к реальности. Тем не менее, очевидно, что помощь медика в изоляторах нужна, и вопрос этот нельзя оставлять без внимания.
Как минимум, в тех ИВС, где это возможно – провести необходимую организационную работу. Там же, где есть конструктивные препятствия, наладить рабочее взаимодействие с ближайшей поликлиникой.
Отказы на этапе передачи в СИЗО: кто везет на том и едут
Еще одна глобальная проблема существует на этапе передачи осужденных в систему исполнения наказаний. У конвоя их попросту могут не взять. Причина – жалоба подстражного на здоровье. Если при этом нет медицинского документа, подтверждающего, что в данном состоянии гражданин может находится в камере, его не берут в следственный изолятор. А где ее взять?«Крайним» оказывается тот, на ком числится подстражный. Чтобы все-таки передать его в СИЗО, конвойные вынуждены всеми правдами и неправдами добывать необходимые справки. Фельдшер такой документ выписать не может. Учреждения здравоохранения, ясное дело, подобным пациентам не рады – зачастую у них и медицинских полисов то нет. Поэтому полицейские вынуждены ездить по городским стационарам в поисках того, кто согласится провести осмотр и подтвердить результаты в письменном виде…
Присутствовавший на совещании командир полка охраны и конвоирования подозреваемых и обвиняемых ГУ МВД Сергей Корнейчук подтвердил, что споры по таким ситуациям возникают регулярно.
Очевидно, что причина кроется в отсутствии согласованности в процедуре передачи между ГУ МВД и ГУ ФСИН. Несколько лет назад проводилось совещание данных ведомств, на которых договоренности по этому вопросу были достигнуты. Начальник ИВС ГУ МВД на Захарьевской улице Оксана Маринченко вспомнила, что года два после него таких проблем не возникало, а потом все вернулось.
Петербургский Уполномоченный предложила провести такую встречу повторно и выступить медиатором в этих переговорах: «Ясно, что каждое ведомство будет отстаивать свои интересы и третейский судья необходим. Порядок действий при передаче подстражного из одной системы в другую должен быть четко регламентирован, чтобы не возникало конфликтов и не искали «крайнего» в каждой спорной ситуации».
Все свои замечания по работе районных ИВС и предлагаемые пути устранения проблем петербургский Уполномоченный отразила в официальном письме на имя начальника ГУ МВД России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области Романа Плугина.
Подводя итоги совещания Светлана Агапитова отметила:
«Уполномоченный не является надзорным органом, и у нас нет задачи «искать нарушения». Мы с коллегами стараемся смотреть с позиции человечности и реалистичности. Ясно, что невозможно закрыть изоляторы, которые формально «не вытягивают» какие-то требования. Эти учреждения и так работают с приличной нагрузкой. Но надо сделать все возможное, чтобы человек, находящийся под стражей, не испытывал лишений и неудобств, которых ему не назначала система правосудия. Временная изоляция от общества не подразумевает отсутствия возможности спать на простыне с наволочкой, вытираться нормальным полотенцем или читать при достаточном освещении.
Обратить внимание на то, что возможно сделать быстро и «на местах», помочь сдвинуть какие-то глобальные системные вопросы – именно в этом цель таких объездов учреждений. С благодарностью отмечаю, что мои замечания, по большей части, находят понимание и готовность по мере сил исправлять обнаруженные недостатки».